Воскресенье, 25.06.2017, 20:15
БАРД-РОК. СЕРЕБРЯНАЯ ПОЛОСА.Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Категории раздела
Александр Башлачёв [4]
Юрий Визбор [1]
Григорий Войнер [1]
Владимир Высоцкий [1]
Белая Гвардия [1]
Борис Гребенщиков ("Аквариум") [1]
Геннадий Жуков [2]
Анвар Исмагилов [0]
Александр "Капа" Конопелькин [1]
Юрий Кукин [1]
Александр Н. Лобановский "Солнечный Бард" [2]
Алексей Макрецкий [1]
Михаил "Майк" Науменко ("Зоопарк") [1]
Юрий Наумов [1]
Виктор Цой ("Кино") [1]
Александр Чернецкий ("Разные Люди") [1]
Юрий Шевчук ("ДДТ") [1]
Leonard Cohen [1]
Serge Gainsbourg [1]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Главная » 2011 » Март » 3 » КАПА IN ROCK. Как рокер стал бардом.
20:06
КАПА IN ROCK. Как рокер стал бардом.

   Мы рады представить вам автобиографический очерк легендарного барда Александра "Капы" Конопелькина, написанный специально для нашего сайта.

Александр "Капа" КонопелькинДЫК – КАПА IN ROCK…

- Харэ крутить Бетховена –

и расскажи новости Чайковскому!

Чак Бэрри.

- Моё поколение смотрит вниз.

Константин Кинчев.

- А ты не бей, не бей кота
по пузу мокрым полотенцем!

Народ.

 

 

Первый в моей жизни рок-н-ролл прозвучал из беседки в нашем дворе, под семирублёвую гитару, в исполнении «больших пацанов»:

 

Как на Тихом океане
тонет баржа с чуваками.
Чуваки не унывают,
под гармошку рок ломают.

 

Актуальность темы, новизна формы, искренность и энергичность исполнения вполне компенсировали огрехи вокала и несовершенство инструмента.

Песенка из кинофильма «Человек-амфибия», которую и до сих пор полагаю одной их лучших джаз-рок композиций, уже пробудила интерес именно к жанру, появилась необходимость припасть к первоисточнику.

- В барак баба, Люба бим бом бэй! – победно пробивался сквозь треск и шипение голос первоисточника  Литтл Ричарда, записанный «на рёбрах». Старшеклассники приносили «рокины на костях» в школьный радиоузел, при котором существовал радиокружок.

- Свиння у плоце защщамилася. и вишшыць! – укоризненно реагировала пожилая «техничка» (так у нас почему-то принято было называть уборщиц.)

- Кинь бабе лом! – взывали битлы уже сквозь треск и шипение радиопомех.The-Beatles

Магнитофонная культура явила себя в записях соседа сверху, над шейками и рок-н-роллами довлел у него Высоцкий… гораздо позже выяснилось, что на самом деле записан у него был «винигрет» из Высоцкого, Галича, Северного, Алешковского, Клячкина… качество записи не позволяло различить тембра голосов, слова можно было разобрать с трудом – но подтвистованная, жизнеутверждающае пафосная совдеповская эстрада при таких обстоятельствах предстала в моих ушах тем, чем на самом деле и была.

К концу шестидесятых я довольно бегло брал почти все ходовые аккорды, показал Витя Коврицкий, мой друг и ровесник из соседнего дома; уже в Кишинёве нашёлся добрый человек, показавший мне основные блюзовые приёмы игры на гитаре. Битломания переросла в увлечение биг-битом, синтезом скиффолда и ритм-энд-блюза, который и по сию пору почему-то называется рок; я дурным голосом орал под блюзовый квадрат ничьи песни на никаком языке, стараясь. правда. придать ему подобие английского. Любимым школьным развлечением были первые минуты урока английского…  «англичанка», входя в класс, невольно закрывала уши ладонями и приседала от неожиданности, хотя, за полгода пора бы ей было уже и привыкнуть: урок не начнётся, пока Капа не довопит очередного рок-франкенштейна… бэк-вокал осуществляла вся прогрессивная общественность класса.

Но – идея рока на русском языке витала таки в воздухе, и никак не могла избежать моей головы. Саня Колосков, рок-фан и хиппарь с нашей улицы, принёс мне газету «Комсомольская правдв», где было опубликовано стихотворение Роберта Рождественского «Мы хиппи, не путайте с хэппи». Дочитав его до конца, я понял, что уже готов родить первую свою песню, осталось только выучить слова наизусть.

Бурлил вовсю 1969-й год, я только что окончил школу, вернулся в Гомель, и примкнул к одной из двух сложившихся хиппацких группировок. Основной предмет разногласий: «Пиклз» обували «вьетнамки» в знак протеста американской агрессии во Вьетнаме, а «Реггиз» предпочитали ходить босиком… конечно, мы не были настоящими хиппи, только хиппарями: мы жили дома, кто-то работал, кто-то учился…

Песенка моя пришлась, но сложность поэтической формы и музыкального решения не располагали к коллективному исполнению. Нашим гимном оставалась песня, из которой я помню только четверостишие:

 

Мы сидим на мостовых,
нам плевать на постовых.
Коммунисты нас не любят,
они счастье наше губят.

 

Надо сказать, менты щемили нас не особенно. На фоне массовых драк, регулярно учиняемых урлой – улица на улицу, район на район – миролюбивые хиппи ментам были даже где-то симпатичны, если не устраивали широковещательных акций, как то: сидячая демонстрация на площади Ленина в поддержку американских борцов за мир, факельное шествие по белой полосе проезжей части центральной улицы города в знак скорби по распаду битлов…

Набирал обороты хард-рок. Тем не менее, заслуженной популярностью пользовались у нас польские «Червоне гитары», «Но то цо», «Скальды», Чеслав Неман, Марыля Родович. Неожиданно мощное выступление минской группы «Лявоны» по белорусскому телевидению для нас было рок-прорывом советской эстрады:

 

Ведь может Джаггеров, Леннонов,
и быстрых пальцами Клаптонов
советская земля рождать!

 

Фестиваль «Сопот-70»… Джоан Байез в хиппацком дрэссняке, с младенцем на руках и битловской песенкой «Let it be», мощный драйв Марыли Родович, два её гитариста с хаерами до пупа, в широченных трейзерах – и – опять же, все босые… гвоздь феста – настоящая английская рокгруппа «Кристи» с песенкой «Yellow river»…

Впервые на сцену с гитарой мне пришлось выйти уже в армии. По прибытии в часть, после всех процедур, командование принялось выявлять среди вновь призванных таланты. Я спел «Yesterday» (аккорды и слова были опубликованы в журнале «Ровесник») - и был принят в оркестр при воинской части.

Ещё долго меня выручал блокнот с двумя десятками от руки переписанных текстов битловских песен, подаренный мне Витькой Коврицким в знак того, что я не только усвоил его уроки, но и гораздо продвинулся по тернистой рок-стезе…

Джаза, и духовых вообще, моя душа об ту пору категорически не принимала, так что моё участие в духовом оркестре ограничивалось тарелками и большим барабаном. Попытки постичь кларнет успехом не увенчались, на гитаре играл в группе для танцулек в офицерском клубе, причём, хоть и сёк гармонию, с лица моего явственно читалось отношение к репертуару… ясное дело, что, не прошло и полгода, как назрел инцидент, послуживший поводом к моему изгнанию из храма Евтерпы, с последующим отбыванием пяти суток на гауптвахте. К тому времени в моём репертуаре уже были песни на русском языке, в том числе, так называемые «душевные», и даже дембельская, а «Червона рута», почти безошибочно спетая по-украински, максимально смягчила режим моего пребывания на губе, ввиду основного национального состава комендантского взвода.

То есть, муза Эрато оберегала таки меня от многих мерзостей дедовщины. Хотя, первое исполнение первой песни, где слова и музыка были полностью моими, не обошлось без некоторого конфуза:

 

Александр "Капа" КонопелькинОсени минут последние дни,
белые мухи запляшут,
белые стайки листков обходных,
символ надежды нашей.
 
Краткая фраза: - Уволен в запас! –
ждущей души поэма –
через полгода обрадует нас…
- Ах, как тянется время!

 

- вдохновенно вещал я под шёпот струн в ленинской комнате после отбоя, на радость дедам и черпакам, как мне казалось…

- Ну ты чё, бля буду, говеешь, падла, что ли, салабон ёбаный? Какой на хуй полгода? Тебе ещё служить, бля, как медному, слышь, котелку, на хуй! – рецензия деда с казацкой чупрыной и уголовным прошлым (в стройбат брали и после отсидки) … надо сказать, никого гнусней представителей казачества я в армии не встречал.

- Не надо путать автора с его лирическим героем! – парировал библиотекарь.

- Ара, меня дэмбел в мае – гидэ в мае бели мухы?

- Дембель в маю – всё по хую! Забей, молодой, душевная песня! А у них там в Армении вообще снега не бывает, ему откудоф знать?

- Меня нада зима – в горы пашоль, нада лета – долина… в горах снег чысты, карошы: на него Бог смотрит! Тебя в колхозе «Червоны лапоть» такой нэ идут!

Право же, более содержательного и объективного критического анализа я до сих пор не читывал и не слыхивал.

Дембельнулся я в Гомель, напропалую хиппующий: народ щеголял в дублёнках, джинсах, трейзерах. и в шузняке на платформе. Сразу отметил контингент в клешах, украшенных снизу крестами из заклёпок, тип сей так и назывался: кресты. Не потому, что крестьяне.

Остальных цивилов мы звали: плуги, батраки, колхоз. На вопрос, чем отличается крестьянин от колхозника, я лаконично отвечал: крестьянин знает, как сделать, а колхозник – где спиздить.

Фарцы из старых приятелей сразу же принялись за мою экипировку. Изучив предложения – отреагировал: - В штанах за двести р. у меня сразу жопа отсохнет, платформу признаю только марксистско-ленинскую… - а ведь тогда мне и невдомёк было, что именно из «чуваков по фирме»: фарцов и утюгов, КГБ рекрутировал осведомителей. «Дрэсс и хаер – твоё осмысленное послание» - помнил я слова хиппана из олдовых, с которым довелось общаться в самоволках… короче, этих я стал называть вранглёрами, за то, что прилежно произносили все буквы с лэйбла джинсов «WRANGLER».

Старые друзья с лихвой компенсировали моё двухлетнее выпадение из рок-н-ролла. Они же и составляли костяк моей аудитории, на большее я и не рассчитывал. Приводили меня, правда, несколько раз в разные ВИА, при заводах, и ДК, но задержался аж на четыре года в составе ансамбля завода радиотехнологического оснащения, который, стараниями моими и бас-гитариста, таки стал рок-группой.

Он придумывал мелодии, я – тексты к ним. Профиль завода позволял клепать аппаратуру и примочки  много главнее тех. что можно было достать.

Немногочисленные наши коллеги по большей части специализировались на том, чтобы «снимать один к одному»: кто – Назарет, кто – Лэд Зэппелин, кто Дип Папл…(так произносили в Гомеле: Дип Папл, трейзера… а ещё прикалывались: Тхе Беатлес, Дееп Пурпле, Сладе, Генезис…) При тогдашних возможностях для приобретения инструментов и аппаратуры, это было просто смешно… вдобавок, мало кто владел и элементарной блюзовой техникой игры…

Александр "Капа" Конопелькин - Утром и вечером

- Прячь гриф от жлобов! – заклинал меня гитарист из дружественной группы «Грани». Название привожу в связи с его историей: только что выстроенный ДК строителей остро нуждался в группе, которая играла бы на танцах. Саня Колосков, обладатель голоса гилановского диапазона и убеждённый рокмэн, взялся таковую собрать. На репетицию, где обсуждалось название группы, он слегка опоздал.

- Об чём разговор? – спросил, появившись.

- Да вот, думаем, как группу назвать…

- Чё тут думать? «Грани»!

- Клёво! А почему - «Грани»?

- Тьфу ты! Да потому, что стакан – гранёный!

В магнитофонном самиздате, кроме бардов стали появляться рок-группы: Машина времени, Круиз, Урфин Джус… Мне открывались прелести джаза и фьюжн, я постигал глубины музыки Лэд Зэппелин, вершиной музыкальной мысли мне представлялась шестая симфония Мясковского. Старался не пропускать джазовых и симфонических концертов: живой звук в хорошем зале – это кайфы немерянные, и воспитание души.

Я не мог передать того, что бурлило во мне ни инструментом, ни стихами, вдобавок ко всему, мы не попали на рок-фест в Витебске, репетиции всё чаще стали заканчиваться пьяными драками, кончилось тем, что я сжёг все свои черновики, и ушёл из группы:

 

Но я уйду один,
покину, будто вор,
громоздкий лабиринт
многоэтажных нор…

 

Стихи всё равно всплывали, без спросу, и копошились до тех пор, пока я их не запишу, причём оформлялись в слова только тогда,  когда я видел перед собой бумагу, и держал в руке что-нибудь, чем пишут. Если не записывал – откладывались в труднодоступных закоулках сознания, словно каловые камни в прямой кишке, так что, писать стало для меня физиологической потребностью… графоманы меня поймут.

Самой благодарной моей аудиторией стал возникший в Гомеле клуб самодеятельной песни, куда заманил меня Витя Матькунов, с которым мы где-то когда-то играли какие-то танцульки… аудиторией благодарной столь же, сколь и критичной, причём – критичной весьма ехидно: выворачивалась и извращалась каждая фраза, содержавшая малейший намёк на возможность двусмысленности. Самодеятельная песня в те времена привлекала людей начитанных, наслышанных, остро чувствовавших слово. Берусь утверждать, что КСП, и проводимые ими фестивали были единственной легальной тогда возможностью реализации свободы слова.

Киевский фестиваль 1979 года, первый в моей жизни, окончательно утвердил КСП наиблагоприятнейшей для меня средой обитания. Тем более что там я познакомился с Юрой Лоресом, которого и по сию пору полагаю первым из своих учителей. В том же году судьба свела меня с Сашей Воложиным, чьи стихи привели меня в восторг, и в коем признал я друга, учителя и собутыльника сразу же и безоговорочно.

А знакомство с Мишей Щербаковым на первом калужском фестивале в 1983 году в корне перелопатило моё мироощущение, и перелопачивание возобновляется всякий раз, как я обращаюсь к его поэзии.

Я всё больше уделял внимание поэтике, и всё меньше – гитаре. Ещё на склоне рок-н-ролловских лет песня становилась для меня способом прочтения стихов. Фестивали становились всё цивильней, все активней в них участвовали отделы культуры и комсомол… на фестивале в Казани в 1984 году вместо традиционной чайханы состоялась дискотека. Нормальненькие такие гоцалки под Антонова и Пугачеву. А всесоюзный съезд авторов, состоявшийся в 1988 году в подмосковных Химках, отчётливо обнаружил: самодеятельная песня становится малобюджетным сектором шоу-бизнеса… слава Богу, решения, принятые на этом съезде, не стали судьбоносными. Возрождённый Грушинский был ориентирован на «гору», основной состав которой представляла самарская и тольяттинская гопота, оргкомитет фестиваля весьма преуспел в подмене авторской песни массовой:

 

Предали эников подлые бэники…

Вместе ж, казалось бы, ели вареники!

 

Я отчётливо понял: мне в этой плойме ловить нечего, и стал появляться только там, куда приглашали, сам себя титулуя: хиппи-расстрига, бард-переросток.

Александр "Капа" КонопелькинПонятно, что к тому времени рок был для меня уже не религией, а одним из диалектов музыкального языка, наиболее мне близким: песенку ”The Who”  "My generation”  я до сих пор почитаю за «Отче наш» рока. Да и в культурном смысле рок уже не экзотика, манящая, или отталкивающая, говорить о современном бардроке, как об отдельном жанре, наверное некорректно: сколько музыкальных стилей понамешано в песнях классиков авторской песни, состоявшихся до экспансии и акклиматизации рока в нашей стране? Всё, что звучало с эстрады, и киноэкранов. Другое дело, что рок и самодеятельная песня – явления андеграунда. Официальная культура вынуждена была с ними смириться в силу их популярности, и, по возможности, попытаться запрячь в идеологическую, а потом в рекламную телегу: всё, что тиражируют сегодняшние СМИ – лишь подготовка потребителя к главному медийному событию: РЕКЛАМЕ.

Намеренно не выказываю своих приоритетов и неприятий от начала перестройки, дабы не усугблять и без того крайней субъективности своего повествования.

Кстати, по поводу научных исследований, в результате которых было выявлено неблаготворное влияние рока на метаболизм культурной флоры и фауны, могу перефразировать известную пословицу: что скотине хорошо, то человеку – смерть. Как иллюстрация – исторический факт, объясняющий, почему сурьму ещё называют антимонием: настоятель одного из монастырей обнаружил, что свиньи быстрей прибавляют в весе, если в корм добавлять сурьму. И тогда он решил из экономии урезать пайку монахам, а в качестве компенсации разнообразить рацион добавками  сурьмы. В результате монахи, несмотря на генетическую близость человечьего и свинячьего организмов, стали активно умирать…

Не знаю, как с флорой – а негативное воздействие рока на фауну можно объяснить тем, что он пробуждает у скотины тоску по свободе и предчувствие насильственной смерти. Ведь именно рок сделал антивоенное движение мировым, и породил культуру хиппи, главные качества которой – свободолюбие, неприятие насилия, и терпимость.

Рок прижился в разомкнутых культурах наверное потому, что раскрывает самые первобытные, глубинные архетипы. А тем, кого эта дефиниция не убеждает в силу неприятия теории эволюции, могу напомнить: у первочеловеков Адама и Евы было два сына – и ни одной дочери. Так что, убийство Каином Авеля было обусловлено не завистью, а сублимацией сексуальной жажды, ибо Каин, в отличие от скотовода Авеля, был огородником.

Каину, после свершённого злодеяния, не было резона попадаться на глаза родителям, скитался он, бедолага, по лесам, где опытным путём и обнаружил репродуктивную состоятельность обезьяньих самочек, тем самым включив механизм продолжения и эволюции рода человеческого... лешие, мавки, русалки, гоблины, и прочая так называемая нечисть – побочный результат его трудного и непрямого пути.

Авель же, при жизни, следуя примеру подопечной ему скотинки, спокойно и умиротворённо пользовал козочек, тёлочек, лошадок, и ослиц, положив начало сатирам, фавнам, грекам, и армянам, унаследовавшим основные черты его характера. Эльфы и пацифисты таки обязаны своим существованием опять же, Каину, вынужденному, пока он был огородником и садоводом, мастурбировать, где настигнет нужда, вследствие чего семя его попадало на репродуктивные органы цветов.

А каким путём могла бы пойти эволюция, будь братья повнимательней друг к другу, делись они своими проблемами и опытом между собой, памятуя о том, что не конкуренция, а сотрудничество есть двигатель прогресса? – но – история не терпит сослагательного наклонения, а требует внимания к слову, в том числе, и написанному между строк.

Не подлежит сомнению то, что моя биография, равно как и биография каждого человека, хочет он того, или нет, составляет историю человечества, под знаком рок-н-ролла, скрытого или явленного. И очередное откровение, явленное мне знакомством со стихами Лучшей В Мире Поэтки Нины Ягодинцевой, и то, что Кольский бугорок под командорством Каплаши, подобно Ноеву  ковчегу стал моим прибежищем после многолетнего невыныривания из мутных волн всероссийского потопа, было предопределено на всех уровнях. Книга Бытия не даст соврать.

 

Александр Конопелькин.

 

2011

Александр "Капа" Конопелькин - Как рождаются стихи

Категория: Александр "Капа" Конопелькин | Просмотров: 947 | Добавил: sirinstudio | Теги: Александр Конопелькин | Рейтинг: 0.0/0
Поиск
Календарь
«  Март 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright ТО "Серебряная Полоса" © 2017

    Конструктор сайтов - uCoz